e.s.b.

Литература, искусство и философия

DOUBLE PENETRATION (Басня)

DOUBLE PENETRATION (Басня)

Когда Лисичка впервые пришла к Питону и спросила пароль для Wi-Fi, он после короткой паузы ответил:

— Double penetration.

Она не поверила ушам.

— Double penetration! — повторил Питон. — Все с маленькой буквы.

Другие гости не выдержали и засмеялись. Дружная кампания, все друг друга знали. Почти. Новых зверей, таких как Лисичка, было немного: одинокая Черепаха и парочка патриотически настроенных Сурикатов.

— Ха-ха-ха! — специально позже всех раздался звонкий лай Собаки, бывшей пассии Питона.

Лисичка сделала попытку улыбнуться — не удалось: как вчерашнее говно в пруду, в памяти её всплыло какое-то ужасное лесное воспоминание, которым она ни с кем не захотела поделиться.

Питон всегда легко относился к самкам и их припадкам. Он покурил и сделал себе очередной коктейль, пока Лисичку успокаивали вопросами новоиспеченные друзья — птички и зайчики, чуткие твари, они то и дело повторяли: “Что с тобой? Все в порядке? Воды? Принести воды? Дайте кто-нибудь воды!”

Потом ей стало лучше, но каждый в тайне подумал, что виноват Питон. Взгляды осуждения побежали по его мускулистому телу. Не могло быть, чтобы среди такого множества благородных зверей да не нашелся защитник униженных и оскорбленных.

Им оказался Полярный Волк.

— Послушай, Питон! — начал он свою речь. Что-то столбовое, матерое в нем радовало глаз и пугало зайчат. — Тебе не кажется, что это некрасиво?

— В смысле?

— Ну как тебе объяснить? — никто из зверей явно не собирался  подсказывать Волку слова. — Все-таки я у тебя в гостях…

— А ты попробуй, раз начал.

— Хорошо. Представь, что ты уже немолод. У тебя маленькая дочь, милая змейка. Ты в разводе. Такое бывает. Даже более вероятно, учитывая твой характер.

— Допустим! — согласился Питон, помешивая мелкие кубики льда кончиком хвоста.

— Так вот, приходит она к тебе в гости в субботу, кладет перед собой планшет, который ты ей подарил, сбоку душистое яблоко и спрашивает: “Папа, а какой у тебя пароль от WI-FI?” А ты что!? — Волк игриво посмотрел на стройную фигуру Собаки и облизал клыки.

— Солнышко, — начал Питон ласково, чуть слышно, поглаживая по голове свою старую подругу Обезьяну, легко бы сошедшую за маленького ребенка. — Wi-Fi сейчас не работает, подключись пока к моему 3g. — Его  пьяные глаза довольно заблестели, а мышцы напряглись.

— Хорошо, папа! — подыграла ему Обезьяна.

Птицы, сидевшие выше всех, осторожно засмеялись.

— С тобой неинтересно. У тебя совсем нет морального чувства! — Волк махнул лапой и отвернулся.

— Подожди! — зашипел Питон. — А ты, похоже, хотел, чтобы я сказал своей маленькой дочурке, учащей английский с трех лет, что пароль моего WI-FI double penetration? Да?

— Да! — сильнее, чем хотел, рявкнул Волк. — Лисе же ты это сказал?

— Лисичке, — кто-то шепотом поправил его.

— Не важно!

На самом деле случившееся гостям было безразлично, хоть и неприятно, но ничего лучше сейчас в их жизни не происходило. Эти посиделки у Питона были их главным развлечением, после изматывающей каждодневной работы людей.

— Она не маленькая зверюшка, знаешь ли! — было видно, что Питону спор неприятен.

— И что? — продолжил препираться Волк.

— С чего ты взял, что это должно её шокировать?

— Мне кажется, — волосы на холке Волка начали подниматься, — что такие шутки неуместны в обществе прелестных самок. — Он снова бросил жадный взгляд на Собаку, да так, чтобы Питон это заметил.

— Правда? А мне кажется, — Питон вытянулся и начал медленно приближаться к ощетинившемуся Волку, — что ты вдруг стал защитником морали только для того, чтобы выставить свою шкуру в лучшем свете, и поэтому прицепился пусть к плохой, но в общем-то невинной шутке. Вот это, на мой взгляд, действительно свинство.

Волк зарычал и сделал шаг назад. Звери притихли. Лисичка не знала, что сказать и смущенно улыбалась. Ей становилось страшно от общего оцепенения. Она впервые была у Питона, принесла с собой фрукты из Азбуки вкуса, пирожные. При встрече он был так приветлив, и похож на молодого бога, сказал, что работает в IT. Лисичка очень хотела переключить внимание со своей персоны,  с этой нелепой ссоры, но ей ничего, решительно ничего не приходило в голову.

— А у меня есть дочь! — Вдруг заявила она своим хрипловато-писклявым голосом. — И ей действительно три года!

— Правда? — насмешливо спросила Собака, бросила окурок в пролетающего мимо голубя и включила радио FollowMe. Из развешенных по углам колонок заиграла громкая музыка, под которую индейцы могли бы с успехом доедать у костра последнего белого человека.

Собака медленно подошла и встала перед Питоном, закрыв собой Волка.

— А у тебя нет никакой дочери! —  тихо сказала она своему бывшему. — И с чего ты вообще взял, что она бы учила английский с трех лет? Сам ты его до сих пор не знаешь.

Питон не стал спорить со своей прежней любовью. Собака всегда знала, как его укусить, он просто поднял взгляд к бледному потолку и взмолился, чтобы она поскорее ушла.

Так и случилось, уже через несколько минут Собака предложила Волку  пойти к себе.

— Конечно, — согласился он. — Зачем мы вообще сюда приходим? Каждый раз чувствую себя здесь заложником. А вы оставайтесь! — бросил он другим зверям. — Шакалы!

После их ухода страсти стихли, обстановка стала более доброжелательной, и во время беседы на кухне выяснилось, что Лисичка не только молодая мать, но и опытный продюсер телевизионных передач и сериалов. Среди гостей тут же отыскался недавно прибывший в Москву писатель — Осел. Он был готов поработать для ТВ, особенно за деньги. И хоть его внешний вид был негодным для приема на работу: потертая шкурка, обросшие уши, огромные, как камни, зубы, но жизнь — не иранская икра, и поочередно потирая грязные копыта, он, до того блаженно грызший соломенный настил, вынужден был вступить в общий разговор.

Лисичка меланхолично приняла очередной бокал сатирикона из рук хозяина дома. Она и её продюсерская компания работают не только с 1-м каналом, лично его директором Горностаем, с НТВ, Россия-1, но и с другими… телеканалами, более мелкими. Короче, она крупный игрок на рынке.

Беседа становились все задушевнее. Казалось, что здесь, на маленькой кухне, рассевшись как попало в небольшом, но уютном домике Питона, собрались лучшие умы Москвы.

Звери веселились, пили, хвалили друг друга, курили гашиш, пока ближе к полночи с улицы помимо привычного гула не стали доноситься жалостливые крики.

— Что это за странные звуки? — спросила расхрабрившаяся от  изобилия внимания Лисичка.

— Это жираф.

— Кто? Такой пятнистый, с длинной шеей?

“И не только, и не только!” — пронеслось среди пернатых веселое шушуканье.

— Да, Жираф, люди его зовут Самсон Гамлетович Ленинградов, — улыбаясь пояснил Питон, — живой талисман Московского зоопарка, между прочим.

— Никогда бы не подумала.

— Прошлой ночью умерла его подруга. Теперь он грустит, — прокаркала Ворона.

— Действительно, крик очень печальный, — подтвердил заика-Кенгуру.

Некоторое время звери прислушивались к рыданиям Жирафа.

— Н-да, — протянул Осел. — Жирафы чрезвычайно преданные в любви существа. Вы знали?

— Кстати, не исключено, что это он её убил, — сказал Питон и распахнул окно.

Огромная пятнистая луна повисла на шпиле высотки, затмив и без того тусклые  городские звезды.

— Вот у меня на родине такие звезды, — раздался хриплый бас из угла, — в кулак величиной и светят! Хрен уснешь!

Звери встрепенулись от неожиданности.

— Спокойно! — прохрипел Медведь, очнувшийся после ведра водки, выпитого в самом начале вечера. — Башка трещит! Питоныч, есть что выпить-то?

Косолапому налили еще и он снова уснул.

— Спивается бедняга! — сочувственно заметил Филин, — А ведь какой красавец был. Силища какая! Чахнет он тут, как и все мы. — Сказал и улетел.

— Вот всегда он так, — заметил Страус, — скажет какую-нибудь гадость и улетит. — Просто сволочь. Фарисей.

— Наверное ко львам полетел, — как всегда лучше всех была осведомлена Ворона. — У них там сегодня что-то намечалось.

— Ладно тебе! — пропищал Ежик. — Давайте лучше пыхнем!

Звери оживились и вечеринка пошла дальше своим чередом. Когда же Обезьяна, прохихикавшая целый вечер над чужими шутками, съела, наконец, все фрукты и цветы, самые стойкие решили ехать в “Под мухой” еще немного выпить и поесть лапши.

Лисичка уверенно села за руль. Её, видите ли, эти хряки никогда не останавливают. Правда сзади пассажирам мешает щенячье сиденье, но его нельзя убирать — иначе остановят.

Осел и Питон решили добираться самостоятельно, без щен-сиденья и пьяной Лисички за рулем. У Осла, можно сказать, только карьера пошла в гору, замочили большие гонорары. Их легко понять. А вот маленькая Обезьяна, поспешившая усесться на переднее сиденье Лисичкиной машины, заерзала, засуетилась, поняла, что ошиблась и теперь будет немного страшно, если не больно.

— Вот скажи, что я правда неуместно пошутил? — спросил Питон у Осла по дороге, когда они остались одни.

— Да нет! Ты что? Забей. Все нормально!

— Вот и я так думаю. Это моя дежурная шутка.

— Конечно, Питонище. Это все ханжество. А этих… ну их всех! Все это семейство псовых. Хотя Лисичка… ничего.

— Один ты меня понимаешь! — прошипел Питон и нежно обнял ушастого друга.

В “Под мухой” оказалось полным полно зверей пьяных и очень приветливых. Все они были в тот день веселы, добры друг с другом, вежливы. И пусть туалет был вечно занят, но обхождение гостей заведения в очереди не знало границ. Многочисленные “Гран мерси! Пардон! Спасибо! После вас!” сыпались в ту ночь из уст самых косматых и клыкастых голов, лишенных морщин сострадания. То был еще сытый 2013-й.

После коллективного употребления лапши Лисичка прямо взяла с Осла слово, что он немедля вышлет ей все свои лучшие вещи. Несчастный согласился, его начинал пугать показной энтузиазм пьяной  продюсерши.

Ближе к рассвету силы животных сошли на нет: Питон обмяк, Осел поник, зафыркал Кенгуру. Наступал тот самый момент, когда отравленное, истощенное тело само вершит свою судьбу. Со стороны бара повеяло холодом. Пришел официант и сказал, что Медведя придется забрать. У пьяных, уставших зверей гудело в головах от наступавшего похмелья и недостатка сна. Только миниатюрная Обезьяна, как ни в чем не бывало, вела беседы со знакомым Котом-радиоведущим за соседним столиком, весело осушая коктейли тропических расцветок. С ним ее и оставили.

Спустя год, а может чуть раньше, Питон благодаря Мордокниге узнал, что у Лисички новые интересы: онлайн-бизнес по продаже нижнего белья, круглосуточная доставка трусов на дом. Возможен мини-опт. Стоит ли говорить, что на письмо Осла она не ответила.

e.s.bolshakow

_______________________________

(Из цикла рассказов “Цветы на Полянке”)

Cover photo: Black Painting; Horse, Bird, Cat, 2016 (detail) by British artist Rose Wylie.

Понравилось? Поддержи e.s.b на Patreon.

Добавить комментарий

Наверх