Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

НЕПАПА

(Рассказ из цикла “Цветы на Полянке”)


Лилиана Зиновьева-Пек работала в одном из московских аэропортов, растрачивая жизнь на борьбу с колебаниями собственного веса и просмотр сериалов. Когда она не улыбалась, то могла сойти за грустную красотку с большими влажными глазами, однако стоило ей открыть рот, и собеседнику приходили в голову грубые мысли. Подбадриваемая своим стоматологом Лилиана третий год носила керамические брекеты и старалась говорить кратко, едва размыкая губы, смеяться привыкла в нос. Люди, знавшие её, давно привыкли, но оставалось одно затруднение — человеку незнакомому сложно было понять, плачет она или веселится.

В Papa’s Place, в этот просторный двухуровневый бар-и-гриль, известный грязными помыслами своих посетителей, Лилиану пригласила ближайшая подруга с работы, консультант магазина дьюти-фри, специалист по всем жизненным ситуациям Алиса из Самары, девушка нескромная, большая, полная жизненных сил. Её главной страстью были старые голивудские фильмы, где женщины носят шляпки и всюду встречают настоящих мужчин со стрелками на брюках. Сама она таких не встречала, но совершила множество попыток.

Каждая из подруг хотела бы видеть на месте другой Настю Золотареву — длинноногую брюнетку с татуировкой морды леопарда на бедре. Она работала в парфюмерном магазине беспошлинной торговли и одевалась элегантнее, чем требовалось. Количество подписчиков на её instagram-аккаунт неуклонно росло. Она обоснованно ждала и надеялась, что еще немного, и сможет бросить свою работу в аэропорте, зарабатывая на блоге. С Настей групповые шансы девушек значительно возрастали. Но в этот вечер она была занята.

— Такие, как Золоторева, всегда нарасхват! — пробурчала Алиса себе под нос.  — Она просто не хотела с нами идти, её пригласили в “Рай”, а мы сюда. — Алиса старалась загнать широкий пояс как можно выше и дальше от талии. Когда ей это удалось, девушки под руку вышли из туалета.

— Ничего! — заорала Алиса прямо в ухо Лилиане, стараясь перекричать музыку и шум. — Прорвемся!

Неторопливо, как дар небес, они проплыли несколько метров вдоль длинной стойки с крепкими мужскими загривками и осели на двух высоких стульях в глубине бара.

Первыми к ним подсели два мальчика в обтягивающих рубашках. Они пахли одним одеколоном, постоянно смеялись и говорили между собой, используя запутанную систему знаков. С ними выпили всего по одной. Ребята быстро все поняли, закрутили головами и двинулись на нижний уровень, где бушевала  блевотная дискотека.

— Школота! — поморщилась Алиса. — Что с них взять?

Ничего. Следом подскочили два алко-ковбоя: близорукий айтишник и средневозрастной журналист-фрилансер, то есть постоянно занятый безработный. Оба пили пиво с виски против длинных коктейлей для дам. Внимательно рассмотрев свой смутный объект желания, они сочли, что достойны лучшего и ушли под ложным предлогом.

Лилиана как и прежде помалкивала, чтобы не сразу, как ей казалось, все портить. Наивная, она думала, что это её неказистая улыбка причина их неудач.

— Нет сил на такое обижаться! — ворчала Алиса и внимательно оглядывала зал узкими припухлыми глазами обманутого трактирщика. Худые, стройные девушки её раздражали. Их крепкие задницы медленно покачивались прямо перед глазами, укоряя одним своим существованием. Алиса смотрела на них со смесью чёрной зависти и презрения.

“Господи, да эта тоже почти красавица!” — вгляделась она в свою подругу при клубном освещении. И, правда, Лилиана была моложе лет на 7-8, у неё были красивые длинные волосы, и в сравнении с Алисой она ещё не потеряла так ценимые в полумраке ночных заведений изгибы женской фигуры.

Людей в баре становилось всё больше, они пили и веселились, мужские и женские голоса сливались вместе с музыкой в один весёлый гул. Это была приятная беззаботность вечера пятницы, наблюдать которую со стороны бывает больно, даже таким, как Алиса, привыкшим переносить грипп на ногах. Пусть сама она не Мерлин Монро и не Ава Гарднер, но и настоящего Рубиросу тут было не повстречать.

Спустя час беспочвенных разговоров со скользящими по барной стойке тенями настоящих мужчин к подружкам подошли два молодых, почти здоровых на вид человека. Тот, что назвался Николаем, был в лёгком мятом пиджаке на драную футболку, другой, по имени Сергей — в поло нежно голубого цвета поверх хорошего загара.

Болезненно худой бармен в красно-черном наряде, опустившийся такой человек, появился вслед за ними, как ненужная хворь, и ловко начал подливать текилу в маленькие рюмки. Мужчины оказались что надо — щедрые, разговорчивые, неприхотливые. К двум часам ночи стало ясно, что Алиса идет на абордаж: её непомерная, как раздутое эго подростка, грудь так и плыла в руки пьяного Николая.

Лилиана, или попросту “Лилу”, тем временем почувствовала себя нехорошо: она старательно сжимала губы и боролась с приступами тошноты под волосатой рукой Сергея из Сочи. Это он придумал ей новое имя. Запах его подмышек ранил и пьянил одновременно. Голова шла кругом. Надо было спасаться. Лилу повернулась к своему новому другу и распахнула губы. Крепкий и высокогорный, как краснодарский чай, бородач с юга чуть было не одернул руку. держался, а после начал рыться в телефоне и в итоге-таки показал ей фотографию маленькой девочки на фоне церкви.

— Это моя сестра, — пояснил он и показал пальцем на крохотные брекеты. — У нее такая же улыбка.

Лилиана не знала что и думать, как это понимать. Над ней часто подшучивали. Пока она мешкала, Сергей снова обнял её и крепко прижал к груди. Казалось, запах пота разъедал не только носоглотку, но и её большие умные глаза. Освободится не хватало сил. Ухажер держал её крепко, как спортивный трофей. Лилу почувствовала, что еще немного и её стошнит.

Бармен первым заметил неладное, наклонился и спросил, как она себя чувствует. Лилиана глубоко вздохнула и ничего не ответила. Мир медленно переставал существовать. Первым пропало обоняние, затем звуки. Её поворачивали на стуле, заглядывали в мутные глаза, о чем-то спрашивали… Безрезультатно.

Когда Сергей поднял руки к небу и взмолился по-армянски, девушка неожиданно поняла, что та малышка с фотографии не сестра, а дочь его.

Лилиане захотелось поделиться этим знанием с Алисой, предупредить, что это опять обман, но силы окончательно покинули её. Да и было ли это важно? На мгновение ставшие яркими цвета потускнели и сникли. Её тело охватила легкая дрожь, после чего оно обмякло и потяжелело. Сергей пытался посадить её назад на сиденье, но Лилу, как сломанная кукла, валилась во все стороны. Бармен сразу потерял к их квартету интерес, махнул салфеткой над столом и испарился. Алисе пришлось оставить объятия Николая и заняться подругой. Все вместе они кое-как её усадили и вызвали такси.

Когда казалось, что все проблемы решены, по блестящему бурному стулу и бледным ногам Лилу свободно потекла тёплая, игристая жидкость. Мужчины наморщились и поняли, что лучшего момента уйти им не представится.

— Ёбаный свет! — с досадой сказала Алиса, глядя на свою размякшую подругу.

Утром Лилиана-Лилу проснулась в неизвестной ей квартире. Немного отклеившиеся в углах обои, тёмные следы от фотографий на неровных стенах, советский шкаф и запах трупа не дали никаких зацепок. Определенно, она была здесь впервые. Рядом с ней под одеялом обнаружилась потемневшая от пота ложбина в матрасе. Сердцу Лилианы стало неспокойно. Она посмотрела в пустое окно и натянула на голые груди мятое одеяло. Дверь спальной тихонько заскрипела, и в дверном проеме появилась Алиса. На ней был крохотный атласный халат глубокого синего цвета с характерным блеском сточных вод. Больше десяти оборотов вокруг Солнца сделала Земля с той поры, как он приходился ей впору. Те дни давно канули в Лету, и сегодня он беспощадно стягивал крепко утрамбованные шоколадом Toblerone бока своей хозяйки. В руках она держала поднос с кофе и завтраком.

— Боже, Алиса, как я рада тебя видеть! — закричала Лилиана.

— Тише! Тише! — сказала Алиса, присаживаясь на край кровати. —Ты в курсе, что вчера ты потеряла сознание, моя дорогая!

— Это ужасно…  — подтвердила Лилиана и опустила глаза.

Она сама была возмущена своим вчерашним поведением, поэтому решила не оправдываться, а все признать и даже искупить.

— Честно говоря, я не ожидала, — сказала Алиса.

Лилиана тяжело вздохнула:

— Понимаю…

Алиса поставила поднос на кровать, села напротив загрустившей подруги и начала рассказывать ей подробности их вчерашних приключений. Швы халата испытали космические перегрузки при посадке, но выдержали.

— Алиса! — неожиданно раздался мужской голос из другой части квартиры.

Лилиана прекратила пить кофе и тихо спросила:

— Кто это?

Голос её задрожал, а от испуга возникла ноющая болью в области таза.

— Да так… Он помог нам вчера, — ответила Алиса.

В комнату вошел молодой мужчина лет тридцати пяти. Крепкое сложение, русые кудри, грубоватое, сухое лицо и сильные руки, поросшие длинными полупрозрачными волосами. Его лицо показалось Лилиане смутно знакомым.

— Ты его не помнишь? Это Николай, — сказала Алиса и, как больная собака, посмотрела на него, — он такой молодец. Настоящий джентельмен.

— Да, да, что-то припоминаю… — неуверенно ответила Лилиана.

Николай снял джинсы, под которыми уже не было трусов. Алиса взяла его член и поднесла ко рту.

— Хочешь? — спросила она у подруги.

Лилиана не знала, как ей быть. Николай молча взял её за руку и притянул к своему правому бедру.

— Целуй! — подсказывала Алиса.

Лилиана неловко обхватила его ногу и начала лобзать в неприличных местах. Алиса какое-то время с упоением смотрела на них, растирая, как опытный борец, руками собственные груди, похожие на кожаные мешки с землей, а после присоединилась к парочке, чтобы придать этому акту любви новое, можно сказать, инопланетное измерение.

e.s.bolshakow/2016-17


Pic.: artwork by GARDAR EIDE EINARSSON

Liked it? Take a second to support esbolshakow on Patreon!

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Mission News Theme от Compete Themes.